Общая патология человека: введение: принципы терапии и профилактики

И.В. ДАВЫДОВСКИЙ Общая патология человека. Второе издание, переработанное и дополненное. «Медицина», Москва — 1969.

Введение/Принципы терапии и профилактики

Изучение патогенеза имеет прямое отношение к терапии; энергичное вмешательство в коренные механизмы развития болезни характеризует современную терапию как патогенетическую. Другими словами, терапевтические устремления в основном направлены на то, чтобы разорвать те цепные реакции, по ходу которых и возникают различные клинические и анатомические явления. В том случае, если анатомические изменения уже возникли, необратимы и служат со своей стороны причиной тяжелых расстройств, методом лечения в ряде случаев становится хирургическое вмешательство, подразумевающее возможность широких заместительных, т.е. компенсаторно-приспособительных, функций организма. Можно удалить одно легкое, одну почку, несколько метров кишечника, значительные участки полушария головного мозга и т.д. без особых последствий.
Принципы симптоматической терапии непрерывно менялись по мере развития медицины. Когда-то стремились обязательно снять лихорадку. Современная медицина не пренебрегает противолихорадочными средствами, но все же врачи давно осознали, что лихорадка – это фактор приспособительный, обеспечивающий возросший уровень обменных процессов.
По Cullen, лихорадка – это “естественный целебный процесс”, по И.И. Мечникову – “целесообразное” приспособление для активирования фагоцитов. Аналогичные взгляды у Pfluger (1829), Leiden (1832-1910), С.П. Боткина (1832-1889).
Большое количество лечебных препаратов современной медицины устремлено на те или иные стороны деятельности центральной и периферической нервной системы. Эти же средства чрезвычайно расширяют возможности хирургического вмешательства, а также экспериментальных работ. Их действие в основном сводится к изменению реактивности афферентных путей, вследствие чего нарушается сигнализация центров и различных висцеральных рефлексов, действующих автоматически вне центральной нервной системы по принципу прямых связей между периферическими чувствительными и эффекторными нейронами.
В инфекционной патологии выдвигается также принцип э т и о т р о п н о й терапии, когда в противоположность патогенетическому принципу подчеркивается момент непосредственного воздействия на возбудителя инфекции. Эта идея и легла в основу современной терапии с помощью антибиотиков и химиотерапевтических препаратов. Практика применения этих препаратов, давая положительные результаты при лечении ряда инфекций (туберкулез, малярия, тифы, стрептококковые заболевания и др.), показала, что они (как и всякие другие фармакологические средства) оказывают существенное действие и на физиологические системы организма, т.е. на механизмы развития болезни. Иногда это действие обозначают как “побочное”, т.е. как бы случайное. Правильнее, однако, полагать, что то действие, которое считается “побочным”, на самом деле является основным, что не исключает и влияние на микроорганизмы. Существенно изменяя внутреннюю среду организма, воздействуя на те или иные звенья метаболизма в теле микроба и в клетках организма хозяина, антибиотики и химиотерапевтические средства способны коренным образом изменять общую “панораму” заболевания.
Это доказывается не только клинически, но и морфологически. Так, экссудативные и альтеративные процессы, свойственные многим инфекциям, быстро уступают свое место процессам пролиферативным и регенеративным. Успехи лечения антибиотиками острых пневмоний, менингитов, гонореи, сепсиса и т.д. связаны с вмешательством в динамику и структуру процесса и прежде всего в его интимные биохимические механизмы. Интенсивное лечение антибиотиками, как и эндокринными препаратами, вызывает и некоторые отрицательные явления, иногда опасные для жизни (Zinzius, 1954; Uehlinger, 1961; Meessen, 1955; Dorr, 1955, и др.) В этом отношении на первом месте стоит пенициллин (токсические дерматозы, сывороточная болезнь, анафилактический шок, кишечные дисбактериозы, суперинфекция, например микозы, особенно кандидозы, стафилококкозы). Описаны смертельные заболевания системы крови в виде апла-стической анемии и т.п. Явления лекарственного патоморфоза с более или менее резким изменением и даже извращением “панорамы” болезни наблюдаются особенно часто при инфекционных заболеваниях, при лечении некоторых раков (Я. Л. Рапопорт, 1962).
Патологические процессы могут быть обусловлены и мелкими дозами лекарственных веществ в связи с их кумулятивным действием. Известно тератогенное действие ряда веществ на развивающийся плод (талидомид и др.).
К “патологии терапии” следует отнести и некоторые последствия интенсивного лечения такими эндокринными препаратами, как кортизон, АКТГ, преднизолон и т.п. При длительном лечении кортикоидами возникает атрофия коры надпочечников, создается угроза их недостаточности, а также аутоинфекционных процессов, особенно стафилококкозов.

Прямое действие антибиотиков на инфект доказывается уже тем, что микроорганизмы приобретают новые свойства, становясь устойчивыми по отношению к применяемым средствам, и даже “требуют” прибавления последних к питательным средам, на которых их выращивают. Практика показала, что устойчивые к антибиотикам формы микроорганизмов, например стафилококков, стрептококков, стали преобладающими как в обстановке лечебных учреждений, так и при инфекционных заболеваниях, связанных с названными микробами. Однако терапевтический эффект антибиотиков не обязательно снижается с приобретением такой устойчивости. Этот факт подчеркивает, что преодоление инфекционной болезни с помощью химиотерапевтических средств и антибиотиков связано также и с их общим действием на организм, а следовательно, и на патогенез страдания. О том же свидетельствуют и намечающиеся успешные попытки лечить этими средствами неинфекционные заболевания, например рак. Как бы ни были значительны успехи современной лекарственной терапии, главным курсом в развитии современной медицины является профилактика, т.е. предупреждение заболеваний; это предполагает знание их этиологии. Следует признать, что это знание в отношении важнейших болезней человека, таких, как атеросклероз, гипертония, рак, инфаркт миокарда, грипп, ангина, глаукома и пр., все еще совершенно недостаточно. Естественно, что не являются достаточными и профилактические мероприятия в отношении указанных заболеваний. Требуется искать новые уровни профилактических мероприятий, построенные на новых уровнях знания.
Почему же именно названные заболевания столь упорно не поддаются усилиям медицины? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо учесть, что все эти специфические или почти специфические болезни человека тесно связаны с его экологией, социальной деятельностью, образом жизни, наследственностью, с особой реактивностью многих людей в отношении факторов внешней среды.
Это, следовательно, не просто болезни современного человека – они свойственны человеку как виду homo sapiens. Об этом свидетельствуют и некоторые данные палеопатологии, например полученные при изучении египетских мумий. Прямо и косвенно о существовании и в древности названных выше болезней свидетельствуют эпохи Гиппократа (400 лет до н.э.), Галена (II век), арабской медицины (Авиценна, X-XI век; Аверроэс, XII век) и все позднейшие периоды.

Исключительная по своему размаху деятельность человека – физическая, психоэмоциональная – реально привела к тому, что “в своих орудиях человек обладает властью над внешней природой” (Гегель), пусть даже “по своим целям он скорее подчинен ей” (он же). Объективные трудности, стоящие на пути борьбы с внешними факторами, воспитывали и совершенствовали в человеке различные формы приспособления. Но эти же трудности порождали травматизм, загрязнение внешней среды, инфекционные и вирусные заболевания (широкий контакт, разработка недр), эмбриопатии (проникающая радиация), особенно же нервные и сосудистые заболевания как продукт особого, чисто человеческого эмоционального напряжения, т.е. деятельности центральной и вегетативной нервной системы, главным образом вазомоторов. Условия и образ жизни человека как вида и явились фундаментальными предпослыками для возникновения болезней человека. Общность некоторых из этих условий создала и общность ряда болезней человека и доместицированных животных (травматизм, рак, многие инфекции). Однако в отношении количества и качественного разнообразия болезней человек остается непревзойденным. Все расширяющаяся сфера деятельности человека, рост его сапиентации, фактор долголетия помогают ему сохранить это “превосходство”.
Вопрос о профилактике важнейших заболеваний человека и человечества сводится, по-видимому, к тому, чтобы, во-первых, глубже изучить конкретные связи болезней человека с внешней средой, с условиями и образом его жизни; во-вторых, так изменить эти условия, весь режим и образ жизни, чтобы медицина действительно стала профилактической. Медицина должна стать на путь широчайшей из наук – “физиологической гигиены” с ее целью: “изучение законов прочного физиологического равновесия в организме при различных условиях общественной деятельности и изучение наиболее выгодных условий охранения и развития производительных сил организма” (А.П. Доброславин, 1842-1889). Не менее четкое решение того же вопроса в индивидуальном плане давалось и Г.А. Захарьиным (1829-1897): “Измени обстановку, измени деятельность, измени образ жизни, если хочешь быть здоровым”.
Словом, и через 2000 лет лечебно-профилактические устремления медицины остались приблизительно теми же, как их сформулировал в I веке н.э. Цельс: одна часть медицины лечит образом жизни, другая – лекарствами, третья – хирургическим путем.

Литература

Авцыв А. П. Арх. патол., 1964, 8; Вестн. АМН СССР, 1964, 12 (о географической патологии).
Бергман Г. Функциональная патология. ГИЗ, 1936.
Быков К. М. Кора головного мозга и внутренние органы. М.- Л., 1942-1947.
В и р х о в Р. Патология, основанная на теории ячеек (целлюлярная патология). Пер с нем. М., 1859.
В и х е р т А. М. Арх. патол., 1961, 5.
Давыдовский И. В. Центральный медицинский журнал (проблема патогенеза), 1932, IX, в. 3-4.
Давыдовский И. В. Проблема причинности в медицине. М., 1962.
Давыдовский И. В. Клин, мед., 1962, 7.
Давыдовский И. В. и В. Е. Сильвестров. Арх. патол., 1966, 1.
Лапин Б. А. и Яковлева Л. А. Очерки сравнительной патологии обезьян, М., 1960.
Линдеман В. К. Учебник общей патологии. Киев, 1910-1911.
Мечников И. И. Лекции по сравнительной патологии воспаления, 1892.
Пашутин В. В. Лекции по общей патологии. СПБ, 1878.
Подвысоцкий В. В. Основы общей и экспериментальной патологии. Изд. 4., СПБ, 1905.
Раппопорт Я. Л. Арх. патол., 1962, 2.
Рокитанский К., Руководство к общей патологической анатомии. М., 1849.
Светлов П. Г. Арх. патол., 1965, 8 (наследственные и ненаследственные эмбриопатии).
Aschoff L. Vortrage ub. Pathologie. Freiburg, 1924. Buchner F. Allgemeine Pathologie. Munchen – Berlin, 1959. Dobberstein J. Festschr. zur 150 Jahr – Feier d. Humboldt Universitat zu Berlin. Bd II, 1960.
Curtius F. Individuum u. Krankheit. Berlin, 1959. Dorr W. Verhandl. d. deutschen path. Gesellsch., 1955, 39. Florey H. General Pathol. 3 ed., 1962.
Gresham J., Jennings A. An Introduction to comparative Pathology, 1962. Lefferer E. Allgemeine Pathologie, 1959. Meessen H. Deutsche med. Woch., 1955 (патология терапии). Ricker G. Pathologie als Naturwissenschaft, 1924.
S e 1 у е Н. Story of the adaptation Syndrome. Montreal, 1952. Русск. пер. М., 1960. S p i e s s G. Pathol. Physiologie, 1857. Uehlinger E. Verh. d. Gesellsch. inn. Med., 1961. Vir-chow R. Virch. Arch., 1880, 79.
Wright G. P. An Introduction to Pathology. London – New York – Toronto, 1951. Zinzius J. Die Antibiotica und ihre Schattenseiten. Stuttgart, 1954.

webhnd.com

Leave your comment

avatar
  Subscribe  
Notify of